Братья Буш: история сноубординга. Часть 1
Сноубординг - История

братья буш: история сноубординга. часть 1

Каждая уважающая себя фирма готовит пресс-релизы для партнеров. Чаще всего это очень скучные тексты — работа есть работа. Но иногда случаются исключения.

Имена Трента и Троя Бушей вряд ли покажутся вам знакомыми. Вот и я совершенно не ожидал, что история жизни этих «простых американцев» может оказаться столь увлекательной. Оказаться у самых истоков сноубординга и работать на его развитие всю жизнь. Стать миллионером (будучи производителем, а не продавцом) за год и обанкротиться — за неделю! Создавать новые брэнды и терять их. Находить и поддерживать райдеров, имя каждого из которых — теперь легенда. История этих парней — готовый сюжет для повести в стиле Артура Хейли. Не хватает, пожалуй, только романтической линии — но этот недостаток с лихвой окупается узнаваемостью персонажей, таких как Джейк Бертон и Тим Винделл, Шон Палмер и Марк Франк Монтойа, Ингемар Бэкман и Дэниэл Франк, Трэвис Паркер и Джереми Джонс. А подробность изложения добавляет тексту неповторимую документальность, вполне уместную в данном случае. Ведь судьба Трента и Троя — это отражение самой истории сноубординга.


Начало

Мы с Троем родились и выросли в Боулдере, штат Колорадо. В 1980-м, в компании своих старых друзей по скейту, мы начали интересоваться сноубордингом. Зимой на скейте не очень-то покатаешься, так что идея со сноубордом нам всем очень понравилась. Было просто здорово понимать, что теперь зима не будет скучным перерывом в катании на доске. К тому же, теперь не надо было ехать на горнолыжный курорт с лыжами — кататься можно было недалеко от дома. На лыжах мы начали кататься тогда же, когда научились ходить, и сноубординг показался нам отличной комбинацией скейтборда и горных лыж — все это выглядело очень заманчиво. В том же году мы взяли у друзей их старый борд и начали упражняться на склоне в парке неподалеку от дома. Это было на заре сноубординга, так что и оборудование и отношение к новому виду спорта были далеко не так серьезны, как сейчас. Но, в любом случае, для нас в наши годы (мне было 10, а Трою 12) это было самым веселым и интересным времяпрепровождением. Мы не могли дождаться, когда трава в парке покроется слоем снега, чтобы вылезти на горку. Спуски были короткими и прямыми. А, разогнавшись, мы пытались прыгать. Или устраивали соревнования — кто дальше уедет на выкате.

В следующие два года о сноубординге уже заговорили — журнал Thrasher публиковал фотографии Стива Кабальеро и других известных профессионалов скейта, катающихся на ранних моделях сноубордов Sims. Мы тоже всегда хотели чего-то достичь в скейтборде, но местный парк закрыли, и мы оказались отрезанными от течения южно-калифорнийского скейтинга. Поэтому когда мы увидели наших героев на снегу — это здорово подняло нам дух. Мы поняли, что это наш шанс выйти на серьезный уровень — ведь мы жили в правильном месте и уже кое-что умели.

В 1983 году мы решили обзавестись собственными досками, чтобы кататься в любое время, когда будет снег. В те годы единственными местами в городе, где можно было найти сноуборды, были универмаг и магазин товаров для отдыха. Мы выбрали второй — ведь, по сути, это был первый городской скейт-шоп. День за днем мы приходили в этот магазин и пускали слюни на стоящие там доски. В результате мы быстро подружились с парнем, работавшим там продавцом. Его звали Фран Ричардс, и он был студентом Университета Колорадо. Он был совершенно особенным парнем, таких мы раньше не встречали. Никто не понимал так точно перспективы сноубординга, как он. Фран был увлечен досками настолько, что каждый, кто оказывался в радиусе трех метров от него, тут же заражался этим увлечением. Дело закончилось покупкой пары Burton Performer на наши дни рождения. Деревянные, с загнутым хвостом, дыркой для веревки в носу, парой настоящих креплений (они были без хайбэка, но отлично работали) и тремя алюминиевыми плавниками. Как и все продвинутые райдеры тех дней, мы немедленно сдвинули боковые плавники наших досок как можно дальше в нос для лучшей «эффективности» на жестком снегу.

Наши родители всегда поддерживали наши увлечения, поэтому следующую пару сезонов отец возил нас в горы, окружавшие город, каждый раз, когда случался снегопад. Мы начали кататься с другими ребятами, увлеченными сноубордом.

Сноубординг, как спорт, начал становиться реальностью. На лучшем склоне нашего города собиралась компания старших ребят. Один из друзей Троя, Брайен Делани, через своего старшего брата Кевина познакомил нас с ними. Там были Крис и Джордж Паппасы, Тим Винделл, Тони Кинг, Куинн Сэндволд, Фран Ричардс и еще много ребят. Мы проводили на склоне почти всю зиму, катаясь всегда, когда была такая возможность. Мы ходили пешком между Делани и Берфауд Пасс, разыскивая интересные склоны и глубокий снег.

А в 1984 году университетские студенты завезли в Боулдер серфовую моду. Бретт Конрад и Сэнди Уайт открыли в молле на Перл-стрит магазин Wave Rave. Они продавали серфовую одежду и штаны-парашюты. Мы стали завсегдатаями магазина, гоняли туда через весь город на скейтах, чтобы присмотреть себе новые шорты или серфовое оборудование. Мы подталкивали ребят заняться досками, считая, что для них это было бы логичным развитием бизнеса. А вскоре Трой устроился сюда работать после школы. Магазин переехал в университетский квартал и стал продавать скейты и сноуборды. В 1985-м в магазине уже работали и Трой, и Трент, и Фран. Это было славное время и славное место. Колорадо оказался в самом центре новой сноубордической культуры, в магазине появились местные доски Aggression, с запада завозились Sims, Barfoot, и Avalanche, а с востока — Burton. Очень быстро слава магазина, как эпицентра новой культуры и лидера в продвижении нового вида спорта, распространилась далеко за пределы нашего города. В конце восьмидесятых сноубординг развивался гораздо интенсивнее, чем сегодня, и у нас в Боулдере действительно зародилась новая субкультура.

Брекенридж стал «землей обетованной» для сноубордистов, местом проведения Чемпионата мира. Там появились пайпы, сделанные пока еще просто руками. Начал выходить первый сноубордический журнал Absolutely Radical — и все закрутилось.

Магазин Wave Rave решил обзавестись собственной командой райдеров. Ее лидерами стали Дэйв Дауд, Тим Винделл, Кевин Делани, братья Паппас и тринадцатилетний Адам Мерримэн. В команду вошли Бретт Конрад и Сэнди Уайт, Фран, Скотт Кери, Трей Кук, Рик Элден (все они со временем стали очень известными людьми в сноубординге), Трой и я. Журнал Absolutely Radical превратился в ISM. Один из новых номеров украшала фотография Дэйва Дауда в свитере Wave Rave и такой же наклейкой на гоночный горнолыжных перчатках Reusch. Он исполнял лихой хэндплант, и перчатки оказались в самом центре кадра. Телефон магазина начал раскаляться от звонков райдеров, желавших купить перчатки Wave Rave. Это подтолкнуло Бретта Конрада к решению включиться в производство экипировки для сноубординга. И в это же время его брат Чип зарегистрировал в Канаде, откуда парни были родом, компанию под названием West Beach.

Трой закончил учиться, а я почти каждый будний день и все выходные работал в магазине. Бретт и Сэнди развивали бизнес каждый в своем направлении: Сэнди стала ритэйл-оператором, Брэтт занимался одеждой. Фран организовал производство лишей и смазок под маркой Frantic, а в команду Wave Rave вошли Ник Перата, Куин Сэндволд, Мэтт Хэйл и Джон Биоччи. Сноубордический стиль вошел в безумную эпоху неоновых цветов, пластиковых ботинок, повязок на голову и длинных досок.

Мы с Троем здорово напрягались, потому что нам приходилось кататься в полных комбинезонах неоновых цветов. Одежда от Wave Rave была наполовину неоново-кислотной, наполовину растаманской. Бретт даже придумал делать вставки из гватемальской ткани в детали одежды неоновых цветов. Внешний вид сноубордиста стал самым жутким клише и постоянным объектом насмешек со стороны лыжников. Мы чувствовали себя настоящими клоунами в этой обтягивающей одежде и на жестком сетапе. И мы поняли, что хотим сами решать, как должен выглядеть наш любимый вид спорта.

Twist — часть первая

В 1989 году мы организовали собственную компанию, которую в конце концов назвали Twist. Все началось с печати рисунков на футболках вместе со старыми друзьями по Wave Rave Амани Кингом и Дэном Рэйвином. Мы купили пресс для нанесения рисунков и сушильную камеру, а финансировали собственные проекты поначалу за счет изготовления клубных футболок для университетских сообществ. Трой загорелся идеей сделать флисовый джемпер и что-то вырезал из ткани, разложив все это хозяйство на теннисном столе дома. Получился логотип в виде короны, который мы с тех пор печатали и просили маму вышить на наших собственных вещах. Мы катались в этих джемперах на сноуборде и часто слышали просьбы от катавшихся рядом ребят достать им такие же. Это были обычные джемпера с капюшонами на подкладке — и никаких неоновых цветов! Мы назвали их Polar Beast и договорились с мастерской, вышивавшей костюмы для празднования Хэллоуина, об их производстве. Дистрибуцией занялся Wave Rave, имевший уже три торговые точки в Колорадо, да к тому же Куинн Сэндволд грузил джемпера в свой микроавтобус и продавал прямо из него на горнолыжных курортах. В 1990-м мы решили, что пора заняться делом посерьезнее.

Мы продали наше старое оборудование, купили тканей — Supplex, Cordura — и договорились со швейниками из Денвера. Затем мы арендовали павильон на выставке SIA в Вегасе и сели в свой убитый вэн Toyota с коронами на бортах. Павильон был всего-то три на три метра, но три стены были плотно завешаны образцами. Кроме нашей одежды там были крепления Cold Wave, аксессуары Plain Sane, Херби Флетчер показывал прототип своего сноуборда Astrodeck, а Майк Олсен — прототип Lib Tech. Потенциальных клиентов мы обрабатывали по очереди, так что на площади ванной комнаты постоянно толпилось человек пятнадцать народу. Это было просто здорово!

Бизнес в то время только зарождался. В соседнем ряду среди горных лыж выставлялась компания Burton, да и все остальные игроки этого рынка были в двух шагах — в радиусе пары выставочных линий. Это было круто, столько новых компаний стремились усовершенствовать наш любимый вид спорта! В нашем зале выставлялись Рауль Райс с одеждой Switchbacks (позже брэнд поменялся на Special Blend), Lamar, Aggression, Joyride и целый ряд других компаний, как здравствующих и поныне, так и прекративших свое существование. Мы чувствовали себя просто на вершине мира, общаясь со всеми в буфете Circus Circus и гуляя на сноубордических вечеринках. Правда, меня не везде хотели пускать, ведь 21 мне еще не было, но карточка участника выставки помогала. Мы чувствовали себя проводниками особой миссии: отобрать сноубординг у продавцов неоновых комбинезонов и создать совершенно новый сегмент рынка. Эти тогдашние лидеры индустрии были лет на двадцать-тридцать старше нас, и мы понимали, что перед нами троими, тогда двадцатилетними, в сноубординге открываются отличные деловые перспективы.

К завершению выставки мы уже имели пару хороших контрактов на территории Америки. И тут в последний день к нам в павильон зашел представитель японской дистрибьюторской компании и сказал, что хотел бы продавать нашу одежду в Японии. Его звали Сон, он со своим партнером Марблом активно работал над продвижением сноубординга у себя в стране. Он искал свежие прогрессивные предложения, и решил, что наша одежда — именно то, что ему нужно, ведь ничего подобного никто кроме нас тогда не предлагал. Вернувшись в Японию, он прислал нам заказ на двести тысяч долларов — в дополнение к заказам на общую сумму восемьдесят пять тысяч, собранным нами в Штатах. Итак, у нас был основательный заказ — компания Twist действительно родилась.

В связи с успехом на выставке Трой, Амани и я бросили учебу, чтобы все свое время посвятить Twist. Мы перенесли нашу резиденцию из квартиры в маленький офис в деловой части Боулдера. Сделать образцы было просто, так же, как и принять участие в выставке. Совсем другое дело — организовать производство. Дела шли не блестяще. У нас не было семейных денег, чтобы вложить их в начало производства, поэтому нам пришлось обратиться в банк. Несмотря на то, что наши контракты казались нам серьезной гарантией, мы постоянно слышали фразы типа: «сноубордеры вполне могут кататься в горнолыжной одежде» или «ребята, мы надеемся, у вас есть дядюшка-миллионер». В конце концов, нам помогли друзья наших родителей, и, подписав с ними совместный кредитный договор, мы получили в руки необходимые средства. С деньгами в руках мы быстро нашли местного подрядчика для пошива курток и брюк. Тогда вся хорошая спортивная одежда шилась только в Америке, поэтому таких предприятий было достаточно.

Мы начали выполнять заказы и смогли выплачивать свой кредит. Из первых прибылей мы финансировали собственную команду, в которую вошли Брайен Харпер, Брайен Деллани, Мэтт Каммингс и — в Японии — Джей Пи Мартин. Мы также впервые разместили рекламу — в журнале Transworld. К концу первого сезона мы впервые стали спонсировать девушек-райдеров. Это были Стэйси Хьюз, принимавшая участие в соревнованиях U.S. Open (через пару лет она стала моей женой), и Лайза Винсегуерра, первой в мире получившая женскую промодель сноуборда — от фирмы Checker Pig. Кроме того, через Дона Сазера мы спонсировали команду высшей школы Саммит Каунти, ребята из которой очень здорово представляли нас на соревнованиях в районе Роки Маунтин.

Наши куртки и брюки отлично продавались, они завоевали своеобразную славу (хороши для ребят, но не для их родителей), да и на этикетках было написано — «Tough As Shit».

В начале второго сезона работы мы познакомились с Джастином Хостинеком, уже бывшим в то время и остающимся до сих пор, вместе со своим проектом Absinthe Films, лучшим сноубордическим фотографом в мире. Он выпускал тематический календарь Vertical Addictions. В обмен на помощь в работе с райдерами и коллекцией мы предложили ему помещение в нашем новом офисе-клубе HQ, открытом на втором этаже над сумасшедшим студенческим баром. Это стало началом отличного сотрудничества, которое привело Джастина в совладельцы Twist. На выставке SIA в том году мы уже занимали вместе с Aggression собственный павильон. Надо заметить, что в том году уже вся графика этой компании, включая решение для промодели Таркуина Роббинса, была нарисована нами. В обмен Aggression взяла на себя все расходы по участию в выставке. Мы также разработали новый логотип для компании N Boot, когда та была вынуждена отказаться от имени Northwave — так мы расплатились с ними за сделанные для нас образцы. Кроме того, мы делали дизайн для Wave Rave и Joyride, так что с деньгами у нас было все в порядке.

Джастин оказался отличным менеджером и помог нам с продвижением на европейский рынок. Тогда же мы начали сотрудничать с целым рядом молодых райдеров, представлявших новую волну сноубординга. Таркуин Роббинс и Нэйт Коул, Дэйл Реберг и Рассел Уинфилд, Вес Мейкпис, Мэтт Донахью и Джиллиган Йодер присоединились к нашей команде. Благодаря операторскому таланту Джастина, мы выпустили отличный фильм, где демонстрировали свои способности все эти талантливые ребята — Anthem. Среди тех, кому мы помогали тогда, и кто снялся в фильме, был и талантливый тинейджер из Денвера по имени Марк Франк Монтойа. Его часть в фильме, где он демонстрировал прыжки на кикере в Лавланд Пасс, произвела на зрителей неизгладимое впечатление.

Успех наших райдеров и совершенствование компьютерных технологий привели нас к мысли о необходимости более оперативно реагировать на стремительное развитие новой школы сноубординга. Мы по-прежнему очень активно размещали наши материалы в таких журналах, как Transworld и Snowboarder, но понимали, что ежемесячные издания не успевают за событиями. В начале девяностых Саммит Каунти в Колорадо стал тем местом, откуда распространялись самые свежие сноубордическе течения. Таркуин неожиданно придумал снять с креплений хайбэки — и создал совершенно новый стиль катания. Все подряд начали укорачивать концы досок, стойки становились все шире, ноги разворачивались под все более тупыми углами, штаны достигли небывалой ширины. Подталкиваемые партнерскими идеями Трея Кука, все еще работавшего в Wave Rave, мы решились на выпуск нового журнала. Трей предлагал назвать его Sex Island, но мы остановились на названии Crucial Leisure. Журнал должен был быть интересен для всех и каждого. Мы предложили нашим коллегам воспользоваться его площадями для рекламы и поучаствовать в финансировании проекта. Ну а сами оставили за собой заднюю обложку, где всегда была наша реклама. Журнал выходил большим тиражом — тысячи экземпляров отправлялись нашим партнерам и распространялись через розничные сноубордические магазины. Crucial Leisure просуществовал два сезона — проект Twist развивался, и у нас просто не осталось времени заниматься издательским делом.

На третий год своего существования компания сформировалась окончательно. Продажи стремительно росли. Мы нашли новых финансовых партнеров, потому что просто переросли прежних. Рынок был очень динамичен, продажи в Америке были просто сумасшедшими, Япония тоже не отставала. В креативном плане наша фирма тоже стала сильна, как никакая другая. К нам присоединился наш старый друг по колледжу Ивен Хекокс. К этому времени он уже успел стать дипломированным дизайнером. Ивен помог нам посмотреть на сноубординг под другим углом, он привнес в этот спорт эстетику, которой в нем не было раньше. Да, на сноубордах всегда было что-то нарисовано, но никто не относился к этому, как к искусству. Конечно же, по-другому стали выглядеть наши каталоги и другие рекламные материалы. Мы хотели привнести больше художественности в выпускаемую нами одежду. Ивен, кроме того, сделал самобытную графику для Chocolate Skateboards, а также работал для многих других компаний. Этот парень стал последним штрихом в целостной картине под названием Twist.

На очередной выставке SIA Фран Ричардс свел нас с владельцами торговых марок Bausch и Lomb. Они решили вложить средства в развитие спортивной темы своего бизнеса. Переговоры с ними затянулись на месяцы, но в результате мы достигла соглашения о создании и выпуске линии спортивных очков — с использованием их денежных и производственных ресурсов, но полностью нашей креативной частью. Это был очень выгодный для нас контракт, позволивший привлечь новые средства и завоевать новые рынки. И снова мы увеличили вложения в команду, пригласив Адама Мерримана, Дэйва Ингланда и Джейсона Расмуса по кличке J2.

Мы были просто ошеломлены успехами своей компании в производстве одежды. Наши партнеры-швейники уже не могли обеспечить объемов выпуска, достаточных хотя бы для покрытия нужд Колорадо. Мы стали искать новых партнеров, решив, кроме того, организовать выпуск одежды из более влагостойкого материала, чем стандартный тогда Supplex. Мы обратились к менеджеру Дугу Вильямсу (ныне собственнику сверхуспешной компании по выпуску футболок Teenage Millionaire) с просьбой помочь нам организовать производство одежды в Лос-Анджелесе. Не так-то просто переоснастить джинсовую фабрику для производства техничной спортивной одежды, но он сделал именно это. Именно тогда мы подумали, что неплохо предложить нашему покупателю специальные джинсы для сноубординга. Для реализации этой затеи нам пришлось организовать поставки джинсовой ткани на обработку в компанию, занимавшуюся производством хирургических перчаток — там на нее наносили специальное водонепроницаемое покрытие. Джинсы вышли просто потрясающие — они сидели, как обычные джинсы, они выцветали по мере износа, как обычные джинсы, но при этом не промокали.

Все мы в том сезоне работали по 24 часа в сутки. Трой и Амани на месяцы уезжали в ЛА, организовывая поставки продукции грузовиками на наш склад в Боулдере, откуда Дерек Войт отправлял заказы клиентам.

Все мгновенно изменилось в самую худшую сторону, когда стало ясно, что закупленная нами в этом сезоне ткань — бракованная. Влажное водонепроницаемое покрытие, замерзая на морозе, начинало отслаиваться от основы, теряя свои свойства. Куртки становились совершенно неспособными противостоять ветру и влаге. Сначала мы решили вернуть материал производителю, но тот, поняв, что у нас нет рычагов для давления, решил просто кинуть нас. Это был серьезный удар для нас самих и наших партнеров, поставивший под вопрос дальнейшее развитие компании. Тем не менее, именно в этот момент мы перебрались из «семейного» Боулдера в деловой Сан-Франциско, поближе к нашим производственным площадкам. Всем нам хотелось перебраться в большой город. На наше решение поехать именно в Сан-Франциско повлиял тот факт, что как раз в это время компания The North Face перенесла свое производство за океан, освободив значительные мощности на предприятиях этого региона. Это, культурный фон города, а также близость курорта Тахо и предопределило наш выбор.

Дела шли все хуже — у нас не хватало финансов для организации производства коллекции следующего сезона. Но выпуск образцов и участие в выставке мы осилили. Однако новые клиенты не хотели иметь с нами дела после нашей неудачи с некачественными тканями. Это выглядело, как смерть компании. Мы созвали всех своих партнеров на собрание и вручили каждому его часть оставшихся у нас средств. Все, в том числе и мы сами, получили поровну — по 1300 долларов.

Таким образом, в компании снова были только Трой, Амани, Ивен и я. Джастин сосредоточился на выпуске календаря Vertical Addictions и жил за счет занятия фотографией. Нам нечем было платить за аренду офиса, так что пришлось быстро его освободить. Но все было совсем не так плохо — денег не было, но были заказы ритейлеров. Их объем почти удвоился — к нашему счастью, рынок сноубордической одежды стремительно рос, магазинам надо было что-то предлагать покупателям. И мы решили продолжать работать над своим проектом, постаравшись скрыть ото всех серьезность наших проблем. Мы вплотную занялись вопросами обеспечения гарантии, чтобы не потерять ни одного своего клиента, обжегшегося на некачественной ткани наших курток.

Вознаграждения, полученные нами за работу над серией солнечных очков, позволили нам не искать себе другую работу. Мы даже снова сняли офис, правда, крошечный, на верхотуре и в не слишком престижном районе Сан-Франциско. Мы приступили к переговорам со всеми, кто потенциально мог предоставить нам кредит. После пары месяцев поиска мы познакомились с Грегом Делео из компании Division 23 snowboards. Он рассказал о нас своему партнеру Тому Тойода, а тот сразу предположил, что сотрудничество с нами может быть интересно их японским финансистам. Следующие месяцы были посвящены переговорам в Токио. Том счел ситуацию перспективной и выкупил у Амани его долю в нашей компании. Амани принял решение заняться собственным бизнесом, сосредоточившись на производстве повседневной одежды — эта тема занимала его с момента переезда в Сан-Франциско.

Самым неприятным и сложным моментом переговоров с японцами стало то, что они настаивали на самостоятельной дистрибуции нашей одежды в Японии — а значит, нам пришлось распрощаться с нашим давним партнером Соном, который был для нас уже скорее братом, чем клиентом. Мы все еще были должны нашим американским кредиторам, поэтому приняли решение судиться с поставщиком некачественной ткани, предъявив ему иск об ущербе торговой марке и понесенных расходах. Мы объявили о своей готовности оплатить любому продавцу наличными возвращенные некачественные товары, понимая, что нам необходима их поддержка в будущем. Компания Twist пережила первый серьезный шторм своего плавания, и ущерб оказался очень серьезным. Наша неопытность дорого нам стоила, но мы отчаянно хотели, чтобы наша компания процветала.

В это же время мы перенесли наше производство в Италию. Джастин вывел нас на прекрасного производителя швейных изделий. Цены на производство были выше, но у нас появилась возможность шить очень качественные изделия из действительно непромокаемых и дышащих тканей, используя самые современные конструктивные и технологические решения — а это было очень важно для наших клиентов. Мы стали применять элементы, использовавшиеся до этого в одежде для альпинистов: скрытые молнии, противоснежные юбки — в то время на рынке сноубордической одежды этого не предлагал кроме нас ни один производитель.

Twist — часть вторая

Благодаря новым финансовым связям, мы снова были на коне. Мы пригласили несколько новых райдеров. Вернулся Джей Пи Мартин (он решил уйти, узнав о том, что мы больше не работаем с Соном), к команде присоединились Ингемар Бэкман и Ханна Мейен. Рынок полностью сложился, мы прочно занимали лидирующие позиции среди брэндов второго эшелона — впереди был только Burton. Наши финансисты призывали нас к увеличению объемов и расширению территории сбыта. Пришло время для меня уступить место управляющего продажами более опытному специалисту. Мы пригласили Лайзу Хадсон, к тому моменту уже ставшую легендой сноубордической индустрии. Она долгое время работала с Airwalk, а затем со Swag. Мы дружили уже много лет, и она приняла наше предложение с удовольствием, расценив его, как хорошую возможность роста. Итак, вице-президентом по продажам и маркетингу стала Лайза, а менеджером по продажам — Элистер Крафт. Компания Twist была готова выйти на совершенно новый уровень.

Не смотря на то, что мы успешно продавали вещи для девушек, в нашей производственной программе не было обособленной женской линии. Все наши изделия носили марку Twist. В то же время, практически отраслевым стандартом стало присвоение женской линии одежды собственного имени. Компания Wave Rave назвала женскую линию Minx, у Swag появилась линия Prom, у Quiksilver — Roxy. С другой стороны, компаний, производящих одежду только для девушек, на рынке почти не было. Мы твердо решили поддержать женское направление — и Лайза привела с собой из Prom Тину Бэсич и Шеннон Данн. Новая линия, предназначенная для девушек, получила название Tuesday. Тогда же было принято решение о выпуске линии одежды для массового рынка под названием Titan. Мы находились под постоянным давлением необходимости увеличения объемов продаж, но не хотели поступаться имиджем, выбрасывая на массовый рынок брэнд Twist, сохраненный нами не смотря на массу проблем. Марку Titan представляли Шон Палмер и Дэниэл Франк, мы снова пригласили Марка Франка Монтойю кататься за Twist.

По результатам первого сезона продаж в рамках новой структуры компании, Titan вплотную приблизился к Twist. Одежда Tuesday тоже продавалась прекрасно, заняв серьезное место в общем объеме наших продаж. За эту марку теперь каталась и Дженни Ваара. В команду Titan пришли Трэвис Паркер и Курт Вастелл, а к команде Twist присоединились Джейкоб Содерквист, Иэн Рутер, Тамус Гэннон, Джейсон Боргстед и Джереми Джонс. Мы сменили партнеров по программе производства очков, и организовали продажу этой продукции по всей стране в сети Sunglass Hut.

В том же сезоне я вернулся в Боулдер, где мы открыли новый магазин Twist, а также офис для дизайнеров и разработчиков. Управляющим там стал Лори Хон, с которым мы работали еще во времена Wave Rave. Магазин был просто великолепный. Это явно был один из лучших сноубордических магазинов в стране. Мы продавали там не только продукцию Twist, но и все серьезные марки, представленные на рынке. Такой магазин стал хорошим дополнением нашей политики получения значительной прибыли. Кроме того, он позволял нам отслеживать интересы покупателей и использовать эту информацию в перспективном планировании.

Пришло время следующей выставки SIA, и меня пригласили в ее совет директоров. Я понял, что мне выпал прекрасный шанс представить интересы производителей сноубордического оборудования и понять для себя, насколько серьезное место в масштабах индустрии зимних видов спорта и активного отдыха занимает сноубординг. В совет директоров в основном входили представители лыжных компаний, заседавшие там десятилетиями. Эти ребята не отличались прогрессивными взглядами на перспективы развития рынка. Интересы производителей сноубордического оборудования представляли Джейк Бертон Карпентер, Трэйси Фонг из Deep, и я. Это был очень интересный момент в истории сноубординга, ведь именно тогда принималось решение о введении сноубордических дисциплин в программу Олимпийских игр.

После SIA 1996 года компания Twist действительно превзошла саму себя. Каждый сегмент компании работал идеально и быстро рос. Наши представительские, дистрибьюторские и производственные возможности были максимальны. Мы приумножили наш капитал и имели возможность вкладывать значительные средства в решение производственных и технологических вопросов. Мы открыли новый европейский офис во главе с Хеннингом Эрландсом, много сделавшим для того, чтобы компания заняла самую достойную позицию и в Европе. Мы запустили в производство новую линию солнечных очков, устроив в Манхеттене презентацию, проспонсированную журналом Interview Magazine. И мы снова чувствовали себя на вершине мира.

БАБАХ!

Бомба взорвалась через пару дней после презентации очков. Нам позвонили наши японские финансовые партнеры и сообщили, что головной офис их компании, крупного производителя автомобильных аксессуаров, принял решение о прекращении финансирования сторонних проектов. Они решили на какое-то время сосредоточиться на своем основном бизнесе. Тогда мы этого не знали, но это были первые признаки приближавшегося экономического спада в Японии.

В твердой форме партнеры потребовали возвращения всех денежных средств, числившихся на нашей задолженности, в недельный срок. Но производственная программа Twist была расписана на три квартала вперед, и объемы вложений в производство исчислялись миллионами долларов. Мы с Троем готовы были персонально отвечать за каждый вложенный пенни, но свободных средств у нас не было — потому что вся прибыль реинвестировалась в развитие компании. Так что наше настроение очень резко изменилось — мы быстро скатились с вершины мира, теперь он придавил нас сверху.

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить


Топ-мест для катания:

Бобровый лог

News image

Регион: Россия Область: Красноярский край Кол-во трасс: 14 Перепад высот: 350 м Подъемники: По...

Ново-Переделкино

News image

Ново-Переделкино считается одним из крупных центров зимнего отдыха в Москве. Склон расположен в экологически чистом районе Москвы неподалеку от дере...

Хвалынск

News image

В самом северном районе Саратовской губернии, на правом берегу Волги, расположен маленький городок Хвалынск. Тихий и уютный, он знаменит живописными...

 

Интервью с профессионалом:

Выдающиеся женщины в сноуборд-индустрии: Натали Мэйер, фотог

News image

Двадцатипятилетняя Натали Мэйер, сноуборд-фотограф, начала с публикации своих фотографий в 2002 году. Она работает по всему миру, но своим домом счи...

JP Solberg

News image

В жизни встречаются люди, которые могут вдохновить тебя на грандиозные вещи. Они имеют некоторое обаяние или естественный талант, который так легко ...

Ден Милнер

News image

Какое оборудование ты используешь? Canon EOS 1V-1N, бустер, всякие электрические примочки и т.д. Объективы Canon L-серии: 17-35, 28-70, 70-200, 10...

Jake Burton

News image

Имя: Jake Burton Carpenter Дата Рождения: 29 апреля 1954 Место жительства: Стоув, Штат Вермонт Стойка: регуляр Имя Джейка Бертона, основат...

Даша Стеценко

News image

Какой камерой пользуешься и почему именно она? Я использую Canon eos5, eos1D и Зенит ЕТ. Eos5 - мой первый настоящий фотоаппарат, ему уже 4,5 года. ...

Интервью с питерским райдером Пашей Левченко

News image

Здрасьте, уважаемые господа падонки, чиксы, бордеры, райдеры, барситтеры, бирдринкеры, лыжники, ньюскулеры и отдельно ньюскулерши, домохозяйки, дамо...